Ошибка из 1990-х. Экономисты назвали минусы политики слабого рубля

Политика слабого рубля, направленная на сглаживание спада цен на сырье на мировых рынках, перестала быть актуальной, считают опрошенные «Ведомостями» эксперты. Несмотря на положительный эффект для доходов бюджета и экспортеров, ослабление нацвалюты провоцирует инфляцию, что почти нивелирует повышение налоговых поступлений и снижает покупательную способность домохозяйств, указывают экономисты.

Чем плох слабый рубль

Для повышения доходов бюджета дополнительно на 500 млрд рублей нужно ослабить курс к доллару на 6 рублей, подсчитал экономист Александр Исаков. Такое снижение стоимости национальной валюты повысит инфляцию на 1 п. п.

Даже такой почти табуированный в России инструмент, как покупка ЦБ госдолга напрямую у Минфина, гораздо меньше скажется на росте цен, отмечает Исаков. Приобретение Банком России ОФЗ на те же 500 млрд рублей разгонит инфляцию на 0,36 п. п., подсчитал Исаков.

Разгон инфляции в итоге выливается в том числе в повышение расходов бюджета, причем не только социальных, пояснил эксперт. Кроме того, ослабление курса — это в том числе «налог» на рублевые сбережения в депозитах, напомнил Исаков. По большому счету слабый рубль разрушителен для реальных доходов населения и потребительского спроса, заключает экономист.

Заявления о необходимости более слабого рубля для бюджета — это грубая ошибка родом из 1990-х, когда страна не обладала ни политическим, ни финансовым суверенитетом, дефицит бюджета финансировался, по сути, за счет иностранных инвесторов, а курс был привязан к доллару, считает экономист Виктор Тунев.

По его словам, политика слабого рубля работает прежде всего на сиюминутное увеличение доходов бюджета, что уже само по себе предполагает проинфляционный эффект. «Это может быть оправданно лишь в одном случае — при реализации стратегии расширения традиционного экспортного потенциала, но сейчас это не наш случай», — отмечает эксперт.

Более слабый курс рубля действительно повышает доходы экспортеров и поступления в бюджет, но правительству не обязательно опираться на внешнеэкономическую конъюнктуру, полагает экономист из объединения «Новый курс» Даниил Григорьев. Россия обладает монетарным суверенитетом, то есть, по сути, собственной нацвалютой, в отличие, например, от членов ЕС, где обращается евро, отмечает эксперт.

Что ответили в Минфине, ЦБ и Минэке

С точки зрения формирования бюджета значима не столько определенная величина валютного курса, сколько стабильность ключевых макроэкономических показателей, в том числе курса рубля к доллару, разъяснил «Ведомостям» представитель Минфина. Для этого возобновлено бюджетное правило, покупка и продажа валюты в рамках которого позволит в том числе минимизировать влияние на курсовую динамику нефтяной волатильности, отметил собеседник.

Искусственное же управление курсом рубля нерыночными инструментами «несет в себе множественные риски», подчеркнули в Минфине. Например, может привести к значительному замедлению скорости адаптации, а также к ухудшению девальвационных и инфляционных ожиданий.

Сейчас курс находится в диапазоне, наблюдавшемся с июня прошлого года, и при сохранении вблизи текущих уровней не окажет значимого дополнительного проинфляционного влияния в 2023-м, заверил представитель Банка России. Дезинфляционное влияние укрепления рубля, произошедшее в 2022 году, также уже исчерпано. При этом ухудшение внешних условий, в частности для нефтяного экспорта, создает проинфляционные риски в 2023 году, признали в ЦБ.

В Минэке заявили, что курс в 70 рублей за доллар — балансовый для экономики, то есть комфортен для восстановления ненефтегазового экспорта и импорта, а также не создает риски для инфляции.

Ослабление нацвалюты более существенно влияет на рост доходов бюджета, чем на увеличение расходов, добавили в ведомстве. В структуре доходов существенную долю занимают доходы от налогообложения углеводородного сырья и продуктов, а также связанные с импортом, в том числе налог на добавленную стоимость и ввозная пошлина, указал представитель Минэка. Расходов, связанных с изменением курса рубля, в структуре бюджета немного.

В конце декабря первый вице-премьер РФ Андрей Белоусов говорил, что «крепкий рубль свою роль сыграл» и теперь «хорошо бы иметь 70–80 рублей за доллар» для компенсации снижающихся доходов экспортеров.