Банкиры и ЦБ поспорили о количестве активных банков через пять лет
«Тренд, который происходит по всему миру (не только в России) и в разных индустриях, а не только в финансовом секторе, — это укрупнение игроков, олигополизация рынка. Раньше в России были сотни банков, сейчас таких игроков, которые, говоря откровенно, действительно конкурируют, которые представляют из себя что-то такое интересное, — ну десятки», — заявил Верхошинский.
«Цифровизация приводит к тому, что клиенты легче могут менять банки, их требования становятся все выше, и получается, что лучшие игроки (а в основном это крупные игроки) забирают клиентов у средних и менее лучших игроков. Когда-нибудь, наверное, мы можем себе представить, [что] через десять лет [будут] два-три игрока на нашем рынке финансовом. Но в ближайшей перспективе, в ближайшем будущем, я думаю, что конкуренция сузится с двух десятков игроков до пяти — семи игроков. И это конкуренцию обостряет», — добавил банкир.
«То, что вы сказали, станет хитом на этом форуме — что в ближайшие пять лет за двадцаткой банков места нет. Весь форум будет обсуждать этот комментарий», — ответил Верхошинскому первый зампред ЦБ Сергей Швецов. Глава Альфа-Банка на это сказал, что подобрал более аккуратные формулировки, а слова Швецова — это уже заявление Центрального банка.
Впрочем, Банк России в столь резкое сокращение числа конкурирующих игроков не верит, подчеркнул Швецов: «Я считаю, что в значительной степени наша стратегия и наши инфраструктурные проекты направлены на то, чтобы место под солнцем было не только у крупных игроков. И чтобы средние и мелкие банки имели возможность найти свою нишу, недискриминационно получали доступ к данным, имели возможность аутсорсить ряд процессов, которые формируют для них сегодня избыточную себестоимость, избыточные издержки, и благодаря каким-то находкам могли действительно очаровывать клиентов, иметь свое место под солнцем».
На рынок также будут выходить другие игроки, полагает Швецов: «Я уже сказал, что Аннушка разлила масло. У нас крупные e-commerce-компании уже приобрели банки с лицензиями, и они будут выходить [на рынок] пока с небольшим капиталом, пока с ограниченными операциями. Мы видим впервые за последние годы интерес внешних инвесторов к входу на банковский рынок, технологических компаний и не только. Так однозначно говорить о том, что приговор вынесен и другой альтернативы нет, я бы не стал».
В этом году онлайн-ретейлер Wildberries уже приобрел банк «Стандарт-Кредит» (для развития действующих и запуска новых сервисов для покупателей и предпринимателей). Владельцами кредитных организаций также стали Ozon (купил Оней Банк, чтобы развивать финтех-направление) и «Яндекс» (заключил соглашение о покупке банка «Акрополь», чтобы запускать комплексные цифровые финансовые продукты), напоминает РБК.
Всего по состоянию на 1 сентября в России работают 339 банков, из них 232 — с универсальной лицензией и 107 — с базовой. Для сравнения: в начале 2013 года их число приближалось к 900. У ЦБ «есть намерения поддерживать конкурентную среду не в форме пяти — семи игроков, а в форме большого количества финансовых организаций», заявил Швецов, однако собственникам и менеджерам банков «придется напрячься». «Мир меняется, и те банки, которые вовремя не будут завоевывать свою нишу и принимать меры для повышения собственной эффективности, <…> вынуждены будут уйти», — считает первый зампред ЦБ.
В свою очередь зампред правления ВТБ Вадим Кулик полагает, что прогнозы о сокращении числа конкурирующих банков до пяти уже фактически реализовались. «Мы все пользуемся мобильными приложениями. Как вы думаете, сколько крупных функций в мобильном приложении физического лица? Их тысячи. Производство вот этой штучки стоит денег, причем достаточно приличных. В результате получается такой замкнутый цикл: те [из банков], у кого есть деньги, могут вложиться в развитие этих фичей, чтобы получить новые деньги и новых клиентов», — объяснил он.
Такие банки могут обеспечить и функциональность, и надежность своей инфраструктуры, поэтому набирают — или как минимум не теряют — клиентскую базу в условиях жесткой конкуренции, отметил Кулик. «Все остальные, у кого нет денег на это — а это бюджеты, измеряемые десятками миллиардов рублей, — они фактически год за годом теряют возможность так развиваться. Мы еще не увидели обрушения этих мелких игроков, но в действительности маховик уже работает с бешеной скоростью», — считает зампред ВТБ.
«Картинка, сколько их (банков. — Прим. РБК) — пять или 300, — она схоластическая. Вероятнее всего, в штуках так и останется, но качество изменится радикально», — объяснил он.
По оценке ЦБ, высокий уровень конкуренции на российском финансовом рынке наблюдается только в двух секторах — на брокерском рынке и рынке ОСАГО. Роль крупных игроков на банковском рынке растет. На рынке кредитования доля лидера за два года увеличилась с 37,2% до 47,3%, а доля топ-пятерки банков — с 67,5% до 75,7%. В секторе карточных переводов доля лидера остается самой высокой в сравнении с другими рынками, хотя она и сократилась за два года с 94% до 92,2%. Доля топ-пятерки банков при этом выросла с 95,7% до 95,9%. В сегменте привлечения средств на лидера рынка приходится 34,7%, а на пять крупнейших банков — 75,7%.