Власти вернулись к идее о годовой отсрочке на взыскание долгов приставами
Поправки от Минюста, которые могут существенно ограничить возможности коллекторов, микрофинансовых организаций (МФО) и банков взыскивать долги физических лиц с привлечением судебных приставов, дошли до рассмотрения в правительстве. Это следует из письма Национального совета финансового рынка (НСФР) с критикой инициативы, направленного вице-премьеру Дмитрию Григоренко. Документ есть у РБК, его получение подтвердили в аппарате правительства.
«В настоящее время законопроекты прорабатываются правительством», — сообщил РБК представитель кабмина. В Минюсте и Банке России не ответили на запросы РБК.
Речь идет о законопроектах, разработанных Минюстом еще в конце 2024 года. Они предполагают введение отсрочки в один год на передачу долга в работу судебным приставам, а также взимание дополнительной платы с профессиональных взыскателей за услугу возбуждения исполнительного производства.
Что предлагал Минюст
Российское законодательство позволяет принудительно собирать долги с физических лиц несколькими способами — через суд, через судебные приказы или исполнительные надписи от нотариусов (ИНН), — но все они предполагают участие Федеральной службы судебных приставов (ФССП) на финальной стадии. Первоначальный кредитор или коллектор обращается с исполнительным документом к приставам, и те возбуждают исполнительное производство. Если должник не расплачивается по обязательствам добровольно, то в рамках исполнительного производства приставы могут, в частности, списывать деньги с его банковских счетов, разыскивать и арестовывать имущество.
Как следовало из предложенных Минюстом поправок, профессиональные кредиторы и взыскатели смогут предъявлять в ФССП исполнительные документы не ранее чем через год с момента возникновения просроченной задолженности или продажи проблемного долга. Кроме того, участники рынка должны будут подавать в дополнение к исполнительным листам подтверждающие документы, что ранее не менее трех раз пытались взаимодействовать с должником, отправили ему требование о возврате долга и либо получили отказ, либо требование не исполнялось 30 дней. Минюст также предложил взимать с взыскателей плату за «предъявление» исполнительного документа в ФССП. Размер платы будет устанавливать правительство.
В пояснительной записке к законопроекту Минюст аргументировал, что кредиторы и коллекторы не применяют досудебные методы сбора долгов, а «используют для получения прибыли ресурсы и полномочия органов принудительного исполнения».
Почему рынок не согласен с тезисами Минюста
Как следует из письма НСФР, предложенные Минюстом поправки направлены «исключительно на поражение в правах добросовестных кредиторов без каких-либо негативных последствий для недобросовестных должников». В документе отмечается, что предлагаемая отсрочка в один год до фактического взыскания неконституционна, а требования обязательного досудебного взаимодействия излишни, так как кредиторы уже должны по закону (353-ФЗ) уведомлять клиентов о возникновении просроченной задолженности и об обращении в суд.
«Риторика, что кредиторы, «злоупотребляя своими правами, пользуются государством в целях извлечения прибыли», — совершенно недобросовестная. Ведь любой кредитор обращается к государству как гаранту законности за помощью против недобросовестного должника», — говорит глава НСФР Андрей Емелин.
Он настаивает, что необходимость соблюдения судебных актов прописана на уровне Конституции, а ФССП, возбуждая исполнительное производство, «просто выполняет свою естественную базовую функцию».
«А тут получается, что отдельные категории кредиторов почему-то должны доказывать ФССП, что задолженность перед ними взыскивать уже можно, а во-вторых, еще и доплатить за это (помимо госпошлины за судебный процесс и исполнительского сбора). Тройная плата, причем с одного участника — с взыскателя, не с должника», — подчеркивает Емелин.
Тезисы о неконституционности предложений Минюста и игнорировании базовых прав кредиторов также упоминаются в письме Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств (НАПКА), направленном в июле в аппарат Григоренко (документ есть у РБК, его предоставил источник на рынке взыскания). Представитель НАПКА подтвердил подлинность документа и факт отправки письма, отметив, что позиция рынка полностью совпадает с изложенным в документе.
В материалах НАПКА также разбирается тезис авторов законопроекта о том, что введение платы за возбуждение исполнительного производства и отсрочка позволят снизить нагрузку на судебных приставов. Там, например, указывается, что невозможность в течение года обращаться в ФССП России перенаправит поток исполнительных документов напрямую в банки, что «неизбежно сформирует беспрецедентную нагрузку на них».
«Логика, видимо, такая — чтобы разгрузиться, нужно на некоторое время просто отказаться от работы с долгами финансовых кредиторов. Но отсрочка — это не решение проблемы, это просто плотина, которая ровно через год откроется, и все станет, как было», — предупреждает Емелин.
«Колесо долгововой сансары» через год-два все равно доедет до приставов, если в работе ФССП ничего не поменяется, соглашается юрист фонда «За права заемщиков» Михаил Алексеев.
Сколько дел о долгах обрабатывают приставы в России
Как следует из статистики ФССП, в 2025 году на исполнении у судебных приставов находилось 34,8 млн дел, касающихся долгов россиян по кредитам и займам, на 3,95 трлн руб. За год сотрудники службы возбудили 19,8 млн исполнительных производств на 1,87 трлн руб. На одного должника в России может быть заведено несколько исполнительных производств. За январь—май 2026 года приставы инициировали еще 7,3 млн исполнительных производств почти на 700 млрд руб. Но поток дел на исполнении уменьшился — до 23,7 млн штук на 2,9 трлн руб.
Предложения Минюста могут сильно повлиять на финансовые модели взыскателей, говорит партнер юридической компании GRM Сергей Новиков. По его словам, годовая отсрочка на возбуждение исполнительного производства — это фактическая «заморозка» вложений коллекторов в портфели «плохих долгов»
«До 60% всех запланированных поступлений по приобретаемому портфелю осуществляется в первый год жизни проекта, соответственно бездействие компании-взыскателя по предъявлению исполнительного документа к производству будет способствовать удлинению всего проекта как минимум на четверть, что генерирует дополнительные затраты и снижает общую эффективность», — поясняет эксперт.
Гендиректор профессиональной коллекторской организации ЭОС Антон Дмитраков подтверждает, что поправки могут оказать крайне негативное влияние на кредиторов в реестре ФССП (к ним относятся не только коллекторы, но и МФО и банки).
«Это скажется и на стабильности работы финансовой системы в целом, так как неизбежное снижение объемов цессии увеличит объемы резервирования по ссудной задолженности и окажет давление на капитал банков, и, как следствие, отразится на ставках выдаваемых кредитов», — добавляет Дмитраков.
Что такая отсрочка значит для должников
По словам Емелина из НСФР, до стадии исполнительного производства, как правило, доходят кейсы с «недоговороспособными, неконтактными клиентами, которые не собираются ничего возвращать». «Кредиторы и рады были бы с ними договориться до суда, но должники сознательно от этого уклоняются, а недобросовестные раздолжнители их еще и запутывают», — говорит он.
«Декларируемая законопроектом идея развития досудебной стадии — это безусловно хорошая инициатива, мы только за, но для того, чтобы кредиторы на ней эффективно работали, закон должен предоставить им право получения актуальных контактных данных должников, чтобы иметь возможность банально до них дозвониться и договориться», — отмечает Дмитраков.
Новиков из GRM выделяет как плюсы, так и минусы для должников от реализации инициативы Минюста. К положительным моментам эксперт относит то, что за год отсрочки может снизиться финансовое давление на должника, человек может вернуться в «стадию комфортного быта», например, если найдет новую работу. «Появляется дополнительное время для реализации имеющихся активов с целью сокрытия их от наложения обеспечительных мер», — также указывает он на возможную выгоду для клиентов.
Но минус такой отсрочки в том, что за это время процентные начисления и финансовые санкции на размер долга продолжают накапливаться, продолжает эксперт.
«Любой срок отсрочки для предъявления исполнительного документа ко взысканию — не выход из сложной для должника ситуации. У должника при его желании достаточно времени, чтобы урегулировать свои долги на этапе досудебного взаимодействия с кредитором», — констатирует Новиков.
Косвенно это ужесточение для взыскателей ударит как раз по самым незащищеным должникам, которые хотят пройти процедуру внесудебного банкротства, предупреждает Алексеев. Он напоминает, что для инициирования процедуры необходимо завершение исполнительного производства с вердиктом, что взыскать с человека ничего не получилось.
Алексеев также не считает, что обязательно условие о длительном досудебном взыскании полностью отвечает интересам должников.
«Получается, мы говорим: «Товарищи коллекторы, фас, у вас есть год, чтобы вытрясти один на один с должника, все, что вы можете. Соблюдая 230-ФЗ, безусловно. Но государство в каком-то смысле отодвигает себя от этой сферы. А зачем тогда придумали исполнительную надпись как упрощенный формат взыскания?», — рассуждает Алексеев.
Выдержит ли коллекторский рынок изменения
Инициатива Минюста об обязательном досудебном взыскании и отсрочке на возбуждение исполнительных производств — ключевой вызов для рынка взыскания на ближайшие три года, говорится в исследовании рейтингового агентства «Эксперт РА» (есть у РБК). Аналитики отмечают, что досудебное взыскание долгов — «исторически менее развито на российском рынке», а ФССП выступает эффективным инструментом для коллекторских агентств по получению задолженности. Но соотношение судебного и досудебного взыскания в обзоре не приводится. Аналитики при этом указывают, что рынок на самом деле готовится к ужесточению регулирования.
«По оценке агентства «Эксперт РА» на основе опроса крупных ПКО (профессиональных коллекторских организаций), вероятность принятия данного законопроекта достаточно высока, однако ожидаются корректировки внесенного документа к предстоящим чтениям в Государственной думе», — говорится в обзоре. Приводится несколько вариантов послаблений:
- Сокращение годовой отсрочки для обращения в ФССП с исполнительными документами до трех — шести месяцев;
- Дополнительная плата за возбуждение исполнительного производства не затронет банки;
- Размер платы для остальных профессиональных взыскателей — МФО и коллекторов — «по итогам консультаций с участниками рынка, вероятно, будет сокращен в пять — десять раз». В обзоре фигурирует сумма 15 тыс. руб., которая, как ожидается, будет пересмотрена вниз.
«Законопроект в текущей редакции пока не получил положительного заключения со стороны Банка России, в том числе с учетом несправедливости дискриминации по типу лицензии кредитора. Законодательная инициатива в любом случае потребует детальной проработки других нормативно-правовых актов, поэтому «Эксперт РА» ожидает вступления в силу новых ограничений не ранее 2027 года», — указано в обзоре. Но аналитики предупреждают, что реализация инициативы приведет к увеличению себестоимости взыскания, удлинению периода окупаемости инвестиций в портфели просроченных долгов, а цены соответствующих сделок скорректируются вниз.
«Выиграть от изменений смогут наиболее технологичные игроки с развитым сегментом добровольного взыскания и одновременно запасом маржинальности в принудительном взыскании, что приведет к консолидации рынка вокруг крупнейших игроков», — констатируют авторы рейтингового агентства.
По их оценкам, российский коллекторский рынок уже очень концентрированный: на топ-6 игроков приходится более 80% купленных портфелей и порядка 88% инвестиций в 2025 году. Всего за прошлый год российские коллекторские компании купили долги у МФО и банков на 438 млрд руб. (+3,5% год к году), вложив 45 млрд руб (+25%).
Источник: РБК