Глава ЦБ: выход на новые темпы роста мерами денежно-кредитной политики обеспечить нельзя

Российская экономика может расти более высокими темпами, чем прогнозируемые на ближайшие годы 1,5—2%, но нужны структурные меры: мерами денежно-кредитной политики выход на новые темпы роста обеспечить нельзя. Об этом заявила председатель Банка России Эльвира Набиуллина, выступившая на пленарном заседании Государственной думы.

По оценке ЦБ, экономика растет темпами, близкими к потенциальным — определяемым в первую очередь структурой экономики, а не внешними факторами. Текущие оценки показывают, что темп роста экономики в этом году будет около 1,8%.

Согласно прогнозу регулятора, экономика будет расти в ближайшие три года на 1,5—2% в год в базовом сценарии (при ценах на нефть 42 доллара за баррель) и в сценарии с ценами на нефть, растущими до 60 долларов.

По словам Набиуллиной, «1,5—2% — это, конечно, невысокие темпы роста». «Это совсем не то, что, думаю, мы все хотели бы для нашей экономики. Наша экономика может расти темпами и 3%, и 4% в год, если будут приняты структурные меры: по повышению производительности труда, мобильности рабочей силы, по улучшению инвестиционного климата», — считает она.

«Я особенно хотела бы подчеркнуть, что выход на новые темпы роста мерами денежно-кредитной политики обеспечить нельзя. Меры денежно-кредитной политики способны только стабилизировать темпы роста вблизи потенциального уровня. А то, сможет ли российская экономика преодолеть структурные ограничения и выйти на другой, более высокий потенциальный уровень роста, зависит от комплексности мер экономической политики», — заявила Набиуллина.

Тем не менее монетарная политика вносит существенный вклад в экономическое развитие страны, и Центробанк рассматривает ДКП как часть общей экономической политики. «Без низкой инфляции, без макроэкономической стабильности в целом устойчивый рост невозможен», — пояснила председатель Банка России.

«Фокус нашей политики сейчас — это постоянное удержание инфляции вблизи целевого значения 4% и снижение волатильности инфляции. Стабильность инфляции очень важна и для устойчивого снижения инфляционных ожиданий населения, и для более уверенного планирования бизнесом долгосрочных проектов», — отметила Набиуллина.

По ее словам, волатильность инфляции сильно зависит от немонетарных факторов, и управление ими — важное направление взаимодействия ЦБ с правительством. «Основные немонетарные риски для инфляции видим в следующем: это и недостаточное развитие инфраструктуры (прежде всего логистики, хранения сельскохозяйственной продукции), тарифы естественных монополий», — указала глава ЦБ.

«К текущему замедлению инфляции в 2,6% привел в том числе рекордный урожай. Но ведь цены на сельхозтовары упали не только потому, что просто хороший урожай, а потому, что фермеры, крестьяне вынуждены сбывать его как можно быстрее по низким ценам, потому что недостаточно инфраструктуры для хранения продукции. И если в силу плохих условий хранения запасы урожая будут уменьшаться, то снова может произойти подъем цен на плодоовощную продукцию. Это и есть волатильность инфляции. Это вредное явление, с которым нам нужно справиться. Но это требует совместных усилий с правительством», — отметила Набиуллина.

По ее словам, низкая инфляция, помимо того что является необходимым условием благополучия населения, означает улучшение условий ведения бизнеса и преимущества для эффективных проектов: она дает возможность долгосрочного планирования, стимулирует повышение предприятиями эффективности и не позволяет перекладывать высокие издержки в рост цен, в расходы граждан, то есть заставляет предприятия повышать производительность и снижать свои издержки.

«Повышение производительности российских предприятий — это важный фактор формирования новой модели роста, — подчеркнула Набиуллина. — Если отвечать на вопрос: за счет чего будет расти конкурентоспособность российской экономики — дешевой рабочей силы и дешевых ресурсов или продукции с высокой добавленной стоимостью, очевидно, второй ответ предпочтительней, это путь к высокоразвитой экономике. Поэтому мы часто называем низкую инфляцию катализатором структурных изменений, связанных с повышением производительности».

Кроме того, низкая инфляция способствует дедолларизации экономики и стабилизации валютного курса. Когда люди понимают, что инфляция под контролем, они не покупают валюту «впрок», чтобы защититься от обесценения рубля, пояснила Набиуллина.

Она также подчеркнула, что именно высокая инфляция, а не жесткость ДКП, за которую часто критиковали Центробанк, мешает развитию кредитования. «Напомню, когда в 2011—2013 годах ключевая ставка была ниже, чем сейчас, — 5,5%, ставки по кредитам для предприятий были даже выше, чем сейчас. Сейчас они снижаются именно благодаря тому, что снижается инфляция. Здоровое кредитование, в первую очередь долгосрочное, инвестиционное, может развиваться только на базе низкой инфляции», — заключила глава Банка России.

По данным ЦБ, за десять месяцев этого года кредит экономике вырос на 4,7%. В целом, по мнению регулятора, банковская система способна дальше наращивать здоровое кредитование. По оценкам Банка России, кредитование будет расти темпами 5—7% в следующем году, затем 7—9% в год — это выше темпов роста ВВП, и кредитование будет поддерживать экономический рост.

Но Набиуллина обратила внимание на то, что, хотя «кредитные ресурсы, конечно, подпитывают рост экономики… нельзя считать заемные средства основным источником развития». «Важно, чтобы у нас в экономике формировался капитал, чтобы бизнес не боялся вкладывать свои средства в виде инвестиций... Нужен хороший инвестиционный климат, нужно развивать практики корпоративного управления, прозрачность предприятий. Высокие процентные ставки — это в том числе плата за риски, связанные с тем, что часть заемщиков предприятий недостаточно прозрачна, у них запутанная структура собственности (часто офшорная), запутанная, непонятная структура управления. Поэтому, конечно, инвесторы не хотят вкладывать в эти предприятия и в лучшем случае им дают в долг. Это тоже немаловажные факторы преодоления структурных ограничений в экономике», — заключила глава ЦБ.