Борьбу с отмыванием очистят от доходов

Борьба с отмыванием средств на уровне банков вызывает все больше вопросов у их клиентов. Вслед за блокировками операций посыпались жалобы на высокие комиссии за снятие средств, которые банки забирают после отказов в проведении трансакций — до 25% остатка на счете. ЦБ и Росфинмониторинг обещают разобраться в ситуации. Но банкиры подчеркивают, что размер комиссии указан в договоре, а эксперты признают, что даже в целом добросовестные клиенты допускают «отдельные серые операции».

На днях состоялась встреча руководителей ЦБ и Росфинмониторинга с представителями банковского и бизнес-сообщества, посвященная выполнению антиотмывочного законодательства и черному списку клиентов-отказников. На ней среди прочих был поднят вопрос о заградительных тарифах банков для корпоративных клиентов. Общественный омбудсмен по защите прав предпринимателей на рынке финуслуг Олег Иванов обратил внимание регулятора на то, что для компенсации расходов на комплаенс банки вводят высокие комиссии при совершении клиентами рискованных с точки зрения антиотмывочного закона (115-ФЗ) операций.

Примеров споров клиентов с банками по поводу необоснованной комиссии в случае отнесения их операций к сомнительным много, отмечают юристы. Самая частая причина — высокие тарифы за перевод средств в другой банк при закрытии счета клиентом, к которому были претензии по 115-ФЗ. Только в октябре по крупным банкам было два таких спора, выигранных клиентами,— банк «Возрождение» удержал с покидающего его сомнительного клиента 1 млн руб. комиссии (13% от остатка по счету), Тинькофф-банк — 10% (100 тыс. руб.). Максимальная комиссия «на выход», которую “Ъ” удалось обнаружить в арбитражной практике 2017 года, в 25% от остатка на счете, была применена банком «Взаимодействие».

В то же время, по данным «Деловой России», жалобы подают не более 10% получивших отказы клиентов, в том числе потому, что даже у добросовестных бизнесменов могут быть «отдельные серые сделки». Это значит, что остальные 90% клиентов предпочитают платить комиссии и не привлекать к себе излишнего внимания. По словам управляющего партнера «Ренессанс-Lex» Георгия Хурошвили, такая ситуация недопустима. «Если банк и обнаружил явно сомнительные операции своего клиента, то он должен сообщать в ЦБ, Росфинмониторинг и пр. и тем самым вносить вклад в борьбу с легализацией преступных доходов, но не обогащаться за счет такого клиента»,— отмечает эксперт.

В банковском сообществе, впрочем, считают подобные комиссии нормой. «Не стоит забывать, что между банком и его клиентом есть договорные отношения,— отмечает исполнительный вице-президент АРБ Эльман Мехтиев.— Если клиент подписал договор, значит, согласился с комиссиями. Даже если тарифы определены не в самом договоре, а публичной офертой».

Однако суды не раз указывали, что должен соблюдаться баланс прав и обязанностей участников делового оборота вне зависимости от договорных отношений. «Это откровенный рэкет со стороны банка,— считает Георгий Хурошвили.— Та же комиссия в 1 млн. руб. никак не влияет на возможность для компании вести сомнительную деятельность через другой банк, если таковая имела место, она способствует лишь обогащению конкретной кредитной организации».

Эксперты сходятся во мнении, что Банку России и Федеральной антимонопольной службе (ФАС) необходимо обратить внимание на подобные нерыночные тарифы. В ЦБ сообщили, что уже принято решение обратиться в ФАС, чтобы оценить жалобы о завышенных тарифах для малых и средних предприятий на предмет фактов нарушения конкуренции со стороны банков. Кроме того, служба по защите прав потребителей финансовых услуг и миноритарных акционеров Банка России совместно с аппаратом финансового омбудсмена Бориса Титова поработает с жалобами, поступающими от представителей бизнеса.