Бизнес попросил власти не взимать налог при конвертации валютных кредитов

Ассоциация девелоперов и владельцев торговых центров попросила Минфин избавить бизнес от налога на прибыль, возникающего при конвертации валютных кредитов. Зачастую такая конвертация — вынужденная из-за попадания под санкции

Российские компании следует освободить от уплаты налоговых обязательств, которые возникли у них из-за появления курсового дохода при конвертации валютных кредитов в рубли из-за санкций. С таким предложением выступил Российский совет торговых центров (РСТЦ). Ассоциация, объединяющая российских девелоперов, владельцев торговых центров, управляющие компании на рынке коммерческой недвижимости, 26 сентября направила письмо в Минфин, Минэкономразвития, Минпромторг и Госдуму, в котором попросила внести соответствующие поправки в Налоговый кодекс. Копия письма есть у РБК, в РСТЦ подтвердили факт его отправки в ведомства.

Ключевые российские банки (в том числе Сбербанк, ВТБ, Альфа-банк, «Открытие») попали под блокирующие санкции США и ЕС и лишились возможности работать с долларами и евро, объясняет президент РСТЦ Дмитрий Москаленко. Под санкции попали и некоторые корпоративные заемщики, которые брали валютные кредиты в российских банках. По данным ЦБ, на 1 августа 2022 года чуть больше 10% внутренней задолженности российских юрлиц и индивидуальных предпринимателей (эквивалент 4,57 трлн руб.) было номинировано в иностранной валюте — по сравнению с 6,5 трлн руб. на начало 2022 года. Сами банки перестали с конца февраля публиковать отчетность, в том числе по объему кредитного портфеля в рублях и валюте.

«Чтобы нивелировать валютный риск, банками-кредиторами и компаниями-заемщиками проводится активная работа по конвертированию валютных кредитов в рубли. Вместе с тем <...> у заемщиков возникают доходы от валютной переоценки обязательства, стоимость которого выражена в иностранной валюте. <...> Образующиеся курсовые разницы по общему правилу отражаются в составе доходов (расходов) в налоговом учете», — рассказал Москаленко.

Поскольку такая конвертация валютных кредитов для подсанкционных сторон не является результатом «свободного волеизъявления российских компаний», ассоциация предлагает «поспособствовать внесению изменения в Налоговый кодекс в части специальных правил признания курсовых разниц в составе доходов и расходов при исчислении налога на прибыль, а именно: для санкционных банков и организаций, контролируемых лицами, включенными в санкционные списки, при конвертации валютных обязательств в рублевые не признавать курсовые разницы от данных операций при исчислении налога на прибыль в качестве дохода».

При конвертации валютного займа в рубли у тех заемщиков, которые брали в долг по курсу выше действующего на момент конвертации, возникает доход в виде сэкономленной суммы в рублях, объясняет руководитель практики «Структурный и налоговый консалтинг» юридической компании «Лемчик, Крупский и партнеры» Людмила Круглова. Например, если российская компания взяла кредит в размере $1 млн в конце сентября 2021 года по курсу 73 руб. за доллар, а в сентябре 2022 года перевела его в рубли при курсе 58 руб. за доллар, то курсовой выигрыш для заемщика составит 15 млн руб.

«Действующее в настоящее время налоговое законодательство предусматривает, что подобное изменение курса формирует налогооблагаемый доход, с суммы которого необходимо будет заплатить налог на прибыль (20%) либо налог по упрощенной системе налогообложения (15 или 6% в зависимости от объекта налогообложения)», — говорит Круглова. Если будут приняты предлагаемые изменения, заемщики будут избавлены от обязанности уплачивать налог с возникшей курсовой разницы, что можно будет считать дополнительной мерой поддержки бизнеса, подчеркивает она.

Если в 2021 году средний курс доллара к рублю составил 73,7 руб. за доллар, а евро — 83,1 руб., то по состоянию на 26 сентября 2022 года доллар подешевел на 21% (до 58,1 руб.), а евро — на 32% (до 56,5 руб.), следует из данных Банка России. В РСТЦ отмечают, что в отношении положительных курсовых разниц по валютным требованиям или обязательствам, возникающим в 2022–2024 годах, правительство установило специальные правила, однако сам порядок исчисления разниц не изменился: включать их в доходы нужно только на дату прекращения или исполнения этих требований (ежемесячно учитывать не нужно).

Предложение РСТЦ в его текущем виде, по сути, предполагает, что получатели российских налоговых преференций будут определяться юрисдикциями, вводящими санкции против российских банков или компаний, говорит партнер налоговой практики МЭФ Александр Ерасов. По его мнению, «подходы к учету курсовых разниц лучше гармонизировать на благо всех налогоплательщиков без их сегрегации (в зависимости от того, под санкциями находится лицо или нет. — РБК)». Такой подход предпочтительнее «и с точки зрения принципа равенства, и с точки зрения эффективности налогового администрирования», отмечает Ерасов.

«Минфин России рассмотрит данную инициативу, когда письмо РСТЦ поступит в министерство», — сообщили РБК в пресс-службе Минфина. РБК также направил запрос в Минэкономразвития.